С архитектором и дизайнером Ириной Шаровой мы прогулялись по знаковым местам старой Самары в поисках необычных акцентов: кованых элементов на зданиях, неочевидных видовых точек, современных скульптур и уютных скверов.
Ирина Шарова. Фото: Виталий Шабинский
Ирина Шарова
Самарский архитектор, дизайнер и основатель ювелирного бренда. Ведёт курс «Металл в искусстве» при Третьяковской галерее в Самаре – серия мастер-классов, посвящённых техникам работы с металлом.
Доходный дом Нуйчева (Рабочая, 19)
Я начала знакомиться с городом, когда училась в техническом лицее. До этого казалось, на улице Рабочей не было таких достопримечательностей, из-за которых сюда захотелось бы приехать из Промышленного района. Когда я начала учиться, поняла, что здесь много деталей, на которые я раньше вообще не обращала внимания.
Доходный дом Нуйчева (Рабочая, 19). Фото: Виталий Шабинский
Сейчас я смотрю на свой лицей после реставрации, и мне кажется, что я старею, потому что слоны раньше были лучше. Это показатель зрелости. Просто здесь ещё всё очень личное. Окна на третьем этаже, где находился мой кабинет химии, стали основой для одного из первых моих сувениров.
На здании есть и металлическая ковка. Металл – это суперклассный материал для скульптур. Технически из него можно сделать всё что угодно. Это большая свобода для творчества.
Окна здания стали основой первых сувениров Ирины Шаровой. Фото: Виталий Шабинский
Отель «Лотте» (Самарская, 110)
В студенческие годы я часто здесь ходила. Это место ассоциируется у меня с быстротечностью жизни. Долгое время тут были маленький ларёк и небольшие домики. Мне казалось, что то, что я вижу перед собой, будет существовать всегда. Головой я понимала, что это не так, но прочувствовать изменения удалось, только когда я увидела «Лотте». В большом городе такой отель должен был появиться.
«В большом городе такой отель должен был появиться». Фото: Виталий Шабинский
Здание делает реверанс в сторону прошлого – модерна и историчности. Я, как архитектор, считаю, что сейчас строить нужно в том стиле, который подходит ко времени, то есть делать что-то современное. Форма арки у этой высотки, например, должна была остаться в модерне. Сейчас актуально другое. Мне кажется, что такие отсылки – это неискренняя архитектура.
Сквер на площади Куйбышева
В 2015 году проводили большой воркшоп по реконструкции площади Куйбышева. Архитектор Дмитрий Храмов, у которого я училась, предложил подумать, как улучшить пространство. Он позвал студентов и архитекторов, чтобы разработать концепции реконструкции площади и скверов рядом с ней.
Идея была в том, чтобы переосмыслить пространство. Через скверы многим хочется пройти по диагонали, но это невозможно из-за газонов и деревьев. Я, например, занималась проектированием сквера со стороны пересечения улиц Галактионовской и Красноармейской. Если прорубить в нём новую диагональ, то появится вид, который сейчас недоступен – на купол Иверского монастыря. А из другого сквера после появления диагонали открылся бы обзор на костёл.
Сквер на пересечении Галактионовской и Красноармейской. Фото: Виталий Шабинский
Также в этом сквере планировали строить скейтпарк, зону для паркура. Но нам не удалось ничего согласовать, поэтому весь проект остался на бумаге. Скверы сейчас тихие, у них нет своей аудитории. А мы задумывали для этих локаций разную направленность: выставочную, спортивную, детскую. При реализации проекта, здесь стало бы больше людей.
Улица Молодогвардейская
Когда соединяются два материала в городской среде, металл и камень, получается наслоение. Разные текстуры – это развлечение для глаз, нам хочется больше времени проводить в таких местах, потому что это интересно. Например, если бы у Музея почты (Молодогвардейская, 144) не было такого крыльца, то образ сложился бы совершенно другой.
Отличить оригинальные кованые элементы на зданиях от новодела, как мне кажется, может любой. Фальшь легко заметить. К слову, к нам часто приезжают гости из Казани, которые говорят: «В Самаре чувствуется душа, чувствуется история».
Крыльцо Музея Почты (Молодогвардейская, 144). Фото: Виталий Шабинский
Кстати, здесь – на Молодогвардейской – я первый раз почувствовала старую Самару. Впервые я приехала сюда на велосипеде. Здесь была необычная тихая и уютная атмосфера. У меня случился разрыв шаблона, я подумала: «А что, так можно жить в центре города?». А что, если бы я не поступила в лицей, не стала бы здесь ходить? Увиденное очень сильно изменило мою жизнь.
Здесь ещё находится дом, который я бы очень хотела приобрести. Это особняк Матвеева (Молодогвардейская, 69). У него самое красивое модерновое окно. Кованые элементы балкона перекликаются с лепниной на фасаде. На них изображён венок, который всегда означает победу. Может быть, когда-нибудь я смогу позволить себе квартиру в этом особняке.
У особняка Матвеева (Молодгвардейская, 69) самое красивое модерновое окно, считает Ирина Шарова. Фото: Виталий Шабинский
Молодогвардейская меня поражает. Когда я начала работать с металлом, стала задумываться о том, как сделаны местные элементы архитектуры и арт-объекты.
Шишиги возле филармонии
Мы отливали из бронзы эти скульптуры. Этот проект очень важен с точки зрения появления в городе акцентов. У каждого персонажа есть своя история. Я надеюсь, что один из авторов проекта Денис Либстер напишет сказку про приключения шишиг, особенно про случай их похищения с площади Революции. В этой сказке полицейские будут добрыми персонажами, которые раскроют дело, как это и было в реальности. Ведь подозреваемых нашли, и я даже не представляю как, ведь в том месте на площади не было камер видеонаблюдения.
«Мы отливали из бронзы эти скульптуры». Фото: Виталий Шабинский
В Самаре находится 27 скульптур шишиг в 10 локациях: три фигурки у монумента Славы, две – возле пивзавода, две – в сквере Пушкина, две – на входе в Струковский сад, три – у почтамта на улице Куйбышева, четыре – около филармонии, три – в сквере «Три вяза», две – на площади Революции, а также три – возле Музея модерна, и три – на пожарной каланче на Хлебной площади.
Как выяснилось, похищение произошло без злого умысла. Все скульптуры вернули на место. Их уязвимость заключается в том, что они маленькие и лёгкие, у них тоненькие ножки.
Литературный сквер Алексея Толстого
Мне нравится, что тут сочетаются скульптуры классической и современной форм. Здесь это выглядит как сцена с партером. Композиция такая масштабная, что её сложно сфотографировать. Я наблюдаю тут огромное количество людей, которые выходят на проезжую часть, чтобы поймать нужный кадр. Было даже предложение – сделать пешеходный переход для удобства.
«Мне нравится, что тут сочетаются скульптуры классической формы и современной». Фото: Виталий Шабинский
Когда сквер только появлялся, у меня было ощущение, что здесь что-то взорвалось: так много деталей вырисовывалось. Думаю, что сквер позже расцветёт, в нём подрастут деревья, и он оживёт как «Сад баланса» рядом с Фабрикой-кухней.
Кухмистерская (Красноармейская, 4)
Меня всегда завораживала ковка в виде лепестков возле этого здания. Она вся такая монохромная. Когда мы устанавливали шишиг у пивзавода, я заметила там похожие элементы на воротах, будто сделанные той же рукой. Такие детали отсылают к истории, можно делать вывод о принадлежности зданий одному владельцу, в данном случае – Альфреду фон Вакано.
Кухмистерская фон Вакано (Красноармейская, 4). Фото: Виталий Шабинский
Сквер Аксакова
Занимался этим пространством архитектор Дмитрий Храмов. Сквер долгое время стоял закрытым, сюда никому нельзя было попасть. Было странно, что такое классное место пустует. Сейчас он ожил. Здесь абсолютно к месту классическая бронзовая скульптура Аксакова.
Сквер Аксакова. Фото: Виталий Шабинский
Дмитрий Храмов потрясающе умеет увлечь людей за собой. На первом курсе я с другими студентами слушала, как он рассказывал про фестиваль «Артполис» на элеваторе. Он предложил расчистить площадку для него, мы с удовольствием согласились. Все были счастливы, что фестиваль в итоге случился.
Музей модерна
(Красноармейская, 15)
Ворота дома Курлиной – это символ самарского модерна. Они известны многим в Самаре, поэтому слова тут излишни. Здание самого музея вдохновляло меня всегда, у нашего ювелирного бренда есть даже несколько украшений с ним. Есть идея сделать что-то с применением зелёной плитки, копирующей ту, которая находится на фасаде здания.
«Меня всегда вдохновляло это здание». Фото: Виталий Шабинский
Во дворе музея тоже много интересного. Тут и шишиги, и арт-объекты в виде слонов, которые мы сделали для «ВолгаФеста» в 2017 году. Они украшали набережную, а после фестиваля поселились во дворе музея. Это лучшая судьба для арт-объектов. Чаще всего, когда фестиваль заканчивается, скульптуры и инсталляции становятся никому не нужны. Их вывозят на мусорный полигон целыми грузовиками. Это очень грустно.
Арт-объекты в виде слонов были созданы для «ВолгаФеста» в 2017 году. Фото: Виталий Шабинский
Дерево часто портится из-за погодных условий и приходит в негодность. Металл же более долговечный. Наши слоны побывали в разных уголках Самарской области. Кстати, важное отличие современной скульптуры от классической – это мобильность. Я слабо представляю, что бронзовую скульптуру будут специально привозить на фестиваль. А жизнь слонов более динамичная.
Фото обложки: Виталий Шабинский
Комментарии ()
Написать комментарий