Музей (при) жизни. Каким стал дом купца Поташина

В доме по адресу Молодогвардейская, 6 в 2007 году самарец Вячеслав Вершинин купил две квартиры. И за почти двадцать лет превратил заброшенную усадьбу купца Поташина в пространство, которое теперь называют музеем и куда водят экскурсии. Весь дом, даже этажи, закрытые для посторонних, хозяин показал Ольге Ануфриевой. Рассказываем про 27 КАМАЗов вывезенного хлама, невероятные светильники Тиффани и мечты о Городе Солнца.   

^{За воротами – вход в дом, а не во двор, как может показаться. Фото: Евгения Туркова}

Сюда приходят, чтобы посмотреть, во что может превратиться старинный, но безнадёжный дом. Вячеслав Вершинин проводит экскурсии по пространству. Но поскольку здание всё-таки жилое, гостей пускают только во двор и на первый этаж.       

 ^{Ворота во двор арт-объектов и старины. Фото: Евгения Туркова} 

Наша экскурсия началась со двора, куда Вячеслав переносил очередной «музейный экспонат» – журнальный столик некоей бабушки из Эстонии. Как оказалось, такие дары приходят к нему регулярно. Людям просто жаль выкидывать вещи, доставшиеся по наследству. Во дворе уже образовалась целая экспозиция старосамарского интерьера. Всё это органично сосуществует с другими постройками: домами соседей, беседками, сараями. Вершининский двор облюбовали волонтёры проекта «Дворовый переворот», здесь появилась новая (вторая) чайная беседка, инсталляции, арт-объекты. Даже если не идти в дом, прогулки по приусадебной территории хватит на целый букет впечатлений.

^{Двор и дворовые экспонаты. Фото: Евгения Туркова}

Клад – уклад и кладка

Самое сильное впечатление производит соседство планировки XIX века и обихода людей цифровой эпохи. Арка, в которую раньше въезжали на лошадях, стала прихожей, купеческая лавка на первом этаже – гостиной. Здесь обстановка тоже формируется дарами – друзья-художники и архитекторы приносят вещи, картины, мебель. Тут и старинная икона с почти неразличимым от времени ликом, и современный барельеф «Тайной вечери», и арт-объект из проволоки «Собиратель Вселенных», и множество других любопытных предметов, встроенных в щербины кирпичной кладки.

^{Часть первого этажа. Фото: Евгения Туркова}

Люстра из старой валторны и тромбоны на стене поселились на Молодогвардейской после того, как отслужили своё в оркестре и были списаны. На кухне – невероятные светильники Тиффани. «Отобрал у бомжа на помойке, – рассказывает об их происхождении Вячеслав. – Тот открутил у них медные провода и элементы – стекло забрал я».    

^{Все предметы интерьера в доме со своей историей. Фото: Евгения Туркова}

Дом восстанавливали постепенно, без спешки и грантов. «Мы ничего не ждали и никого не просили. Я делал для своей семьи, чтобы дом был кайфовый», - говорит владелец. Началось всё с расчистки. Сначала вывезли хлам после пожара. Для этого понадобилось 27 КАМАЗов. Потом снимали со стен интерьерные напластования последних эпох, чтобы дойти до кладки.

^{Бывшая лавка, теперь – гостиная. Фото: Евгения Туркова}

«Мы просто всё это оторвали – обои, линолеум, какой-то пенопласт, многоуровневый потолок с лампочками. Но, к сожалению, во внутренних интерьерах вообще ничего не осталось от Поташиных, настолько советские люди всё обделали «красиво». Когда мы сняли все исторические слои, обнаружили, что вся лепнина сбита, остался только след от огромной потолочной розетки. Но отковыряв всё советское, я понял, насколько эти пространства гармоничны: они не большие, не маленькие, не длинные и не короткие. В них что ни поставь, хоть эстонский столик, хоть икеевский диван – всё вписывается и как бы начинает дышать».

Купцы и жители той старой Самары подтолкнули Вячеслава к мысли о том, что в обустройстве быта современный человек скорее деградирует, чем эволюционирует.  

«Люди выносят из своих домов старинные двери на помойку и ставят красивые, по их мнению, пластиковые. А я эти выброшенные огромные двери собираю у себя во дворе и всегда думаю, каким был человек, хозяин, который заказал эти двери? Как он чувствовал себя, когда входил в эти высоченные двери, распахивая их пред собой? Но самый частый вопрос, который мне задают люди: «Ты клад нашёл, когда все отдирал?».  Говорю: «Да, нашёл. Это – уклад людей, которые вот это всё строили. Дом – это не просто стены. Это ощущение гармоничного пространства, которое создавали поколения. Мой клад – это их уклад. Поэтому я не реставрирую здание, я восстанавливаю способ жизни».

^{Второй этаж в доме –  территория женской части семьи Вершининых. Мансарда - пространство исключительно мужское. Фото: Евгения Туркова}

Работы в доме продолжаются до сих пор. Он стал живым, развивающимся во времени проектом.

«Когда я увидел этот дом, у меня возник образ того, каким он может быть. И этот образ я несу, наполняю его энергией, он всё время уточняется. Дом превращался не в «отремонтированное жильё», а в пространство, внутри которого живут».

«Город Солнца» – будущее старой Самары

Вершинин верит, что энтузиасты и статус исторического поселения постепенно меняют город. Важную роль, по его словам, играет и взгляд туриста – именно он помогает местным жителям увидеть ценность того, что рядом.

«Кода люди, приходя на экскурсию, говорят мне: «Спасибо вам, вы живёте среди этих руин и спасаете старую Самару», я отвечаю: «Это спасибо вам: вы купили экскурсию, пришли сюда, смотрите. И ваш взгляд, ваше внимание – это энергия, которая заполняете это всё и даёт шанс людям здесь жить и что-то менять. А ещё говорю, пройдёт несколько лет, вы продадите свои квартиры и будете искать дом в этом квартале. Мы построим Город Солнца!»

^{«Мы построим Город Солнца!» Фото: Евгения Туркова}

Квартал на Молодогвардейской медленно, но преображается, и дом Вершинина стал своего рода драйвером этого движения. Сейчас жители 15 дворов в квартале объединились, чтобы оформить дворовую землю в собственность. Это должно помочь им защититься от сноса и поджогов домов старого фонда. Процесс идёт медленно, но Вячеслав уверен: это шаг к тому, чтобы жители сами решали судьбу своих домов.

Ольга Ануфриева